Марки страны Ганделупа
Британия отдыхает…
Любопытная дата выпала на 1 мая (помимо праздника мира и туда). В этот день 1840 года Англия выпустила первые в мире почтовые марки – с портретом королевы Виктории. Чёрная стоила один пенни, синяя – два пенса. А с 6 мая эти марки разрешили наклеивать на конверты и использовать при пересылке писем. Автором идеи был Роулэнд Хилл. Через 14 лет его назначили главным почтмейстером Британии. За особые заслуги в реформировании английской почты он получил титул лорда и поощрение в 20 тысяч фунтов стерлингов – сумма по тем временам внушительная. Что касается России, она слегка припоздала: Почтовый департамент Российской империи издал циркуляр «О введении почтовых марок для всеобщего пользования» 22 декабря 1857 года. Первая российская марка стоила 10 копеек, тираж её составил три миллиона экземпляров.Но я не собираюсь вам рассказывать о развитии филателии в каком-то там островном королевстве, равно как и в имперской России. Подумаешь, Британия! Страшно далека она от донского народа. А между тем наш край тоже может похвастать своими оригинальными марками. Ну, не столько своими… Напечатаны они были для Чеченской Республики времён мятежного генерала Джохара Дудаева – по его личной просьбе. И стали первыми в мире марками самопровозглашённой «независимой Чечни».
Долгое время существование серии «чеченских марок» было окутано тайнами и легендами. Кое-кто утверждал, что они отпечатаны в типографии Ростовской спичечной фабрики. Откуда в Ростове взялась спичечная фабрика, авторы версии не объясняли.
А многие филателисты вообще считали рассказы о «дудаевских марках» досужими домыслами. И были неправы. Марки Чеченской Республики Ичкерия выпуска 1992 года в самом деле существуют, и они были выпущены действительно по прямому указанию генерала Дудаева. И именно на Дону. Вот они лежат передо мной – с изображениями мятежного Джохара Дудаева, имама Шамиля, шейха Мансура, Дома правительства на площади Свободы, а также флага с гербом «независимой Чечни».
История их появления достойна если не приключенческого романа, то уж точно хорошего авантюрного рассказа.
Валентин-Берта-Мария-Бендер-бей
В центре её стоит личность колоритная – ростовчанин Юрий Туманов, мой старинный приятель (увы, он уже ушёл из жизни). Выпускник Ростовского университета, за свою бурную жизнь он сменил множество профессий: выпускал газеты, управлял рекламной фирмой, строил автозаправки, сидел в следственном изоляторе, ездил на Кипр наниматься дворником...Шёл 1992 год – пора общероссийского разброда, когда крупные и мелкие уездные князьки слишком буквально восприняли широкий жест «царя Бориса» – брать суверенитета кто сколько сможет. Это было благодатное время для авантюристов и мошенников всех мастей.
Идейным вдохновителем «ичкерийских игр» в филателию был вообще-то не президент «Чеченской Республики Ичкерия» Джохар Дудаев. Он бы до этого не додумался. Но судьба послала ему одного из «великих комбинаторов» вроде Остапа Бендера, которые косяками всплывают на поверхность в смутные эпохи «великих перемен». Назовем этого деятеля Валентином.
В 1992 году ему и тридцати не было. Он создавал фирмы, торговал «КамАЗами», полиэтиленом и повидлом. Юра Туманов познакомился с Валентином, когда тот создал в Ростове представительство какого-то экзотического острова. Остров действительно существовал, но о существовании Валентина там не имели ни малейшего понятия. Комбинатор заказал красивый флаг «банановой республики» и стал торговать акциями её неведомых рудников и плантаций. Вскоре пришлось отбиваться от любителей бананов и копей царя Соломона, совавших в нос Вале-островитянину кровно награбленные капиталы в обмен на красивые пёстрые фантики.
– Захожу к нему в кабинет, там сидят двое деятелей, рассказывал мне Юра. – Я их узнал: эти вайнахские братья со мной в университете когда-то учились. Поздоровались, то да сё. Валя и говорит: раз вы старые знакомцы, присоединяйся к делу.
Сколько вешать в огурцах?
А дело состояло вот в чём. Валентин, ко всем своим бесчисленным достоинствам, был заядлым филателистом. Когда на него набрели чеченские коммерсанты с намерением прикупить пару гектаров золотых приисков, комбинатор заодно сыграл на горячем стремлении маленького гордого народа к созданию собственной государственности: мол, ни одно приличное государство не может обойтись без почтовых марок: это всё равно что шашлык без барана! Он продемонстрировал горцам альбомы с ликами президентов, монархов и других животных. Впечатлённые чеченцы срочно выехали на историческую родину, где встретились лично с Дудаевым. Президент одобрил идею и отрезал: чтобы к концу года марки были! На дворе стоял июль. Валя был занят тем, что представлял далёкий остров, раздувая щёки под ярким полотнищем. Тут и подвернулся Туманов.– Много всяких загвоздок было, – вспоминал Юра. – Ведь выпуск марок – епархия Гознака. Чечня входила в состав Российской Федерации, и за почтовую инициативу можно было схлопотать срок. Типографии, которые в Ростове работали с цветом – «Малыш», имени Ильича и имени Калинина, – отказали: рисковать не будем...
Как выпустить такие марки, чтобы и лицо сохранить, и с законом не ссориться? Пришлось помараковать. Ведь почтовая марка должна отвечать обязательным требованиям: на ней указываются год выпуска и номинал, помимо названия страны стоит слово «почта», а также марка имеет перфорацию, то есть зубчики по периметру, а с тыльной стороны на неё наносится тонкий слой клея.
С годом вопросов не возникло – 1992. Вместо перфорации Туманов предложил пустить в ход специальное приспособление, которое фотографы используют при изготовлении резных ободков у фотографий. Но вручную двадцать тысяч штук «постричь» – да шут с ними, с этими зубчиками! К тому времени уже были прецеденты: выходили марки без перфорации. Одним чохом друзья решили и на обратную сторону клей не наносить: языки сохраннее будут. Не стали указывать и почту: ограничились «Чеченской Республикой».
– С эскизами проблем не было, чеченцы привезли из Ичкерии цветные слайды, утверждённые руководством: портреты самого Джохара, имама Шамиля, шейха Мансура, а также Дом правительства в Грозном и герб республики в виде волка на зелёном знамени. Надписи и цену ставили уже мы – на месте. Больше всего вопросов возникло по номиналу. Российские рубли и копейки чеченцы отвергли. Хорошо, говорим, а какая у вас валюта ходит – тугрики, дирхемы или пенсы? У нас, говорят, пока никаких нет. Но рубли – не надо. Решили просто цифры поставить – номинал «в огурцах». А какую цену лепить? Тут уже я расставлял на свой страх и риск. Дороже всех пошёл Джохар: он ещё живой, если обидится, что его низко оценили, придётся носить голову под мышкой. А Шамилю и Мансуру уже всё равно. Короче, Джохар получил 700 баллов, Шамиль – 500, Мансур – 300. Герб Чечни оценили в 0,70, а Дворец Правительства пошёл за бесценок – 0,30 условного «огурца».
«Саперави» как двигатель прогресса
Оставалось подобрать подходящую типографию. Добрые люди дали Туманову хорошую наводку: на Азовском комбинате детского питания в Кулешовке есть отличный цех цветной печати с отличным импортным оборудованием. Штампуют этикетки на яблочные пюре и соки для младенчиков. Берут любые заказы. Но портрет Дудаева «филателисты» на всякий случай показывать в производственном отделе не стали. Пропустили всё это «кавказское народное творчество» как «этикетки сувенирные». Под заказ подобрали отличную финскую бумагу – и покатило!
Заказ сделали быстро. Но не вовремя. Когда Юра, Валя и чеченцы прибыли забирать марки, печатники развели руками: малость погодите… Барабаны завертелись шустрее, когда для народа притащили ящик «Саперави». Все марки отпечатали на бумаге, свёрнутой в рулон. Уже в Чечне их предстояло вырезать поштучно. Качество превзошло все ожидания. Печатники даже прослезились: не ожидали, что могут выдать нечто подобное. Рулон вместил от 20 до 30 тысяч марок. «Государственный заказ» чеченцы уволокли с собой.
Впрочем, в самой Кулешовке, куда я нагрянул, чтобы проверить достоверность сведений, начальник производства Анна Изотова ничего подобного припомнить не смогла. Никаких марок не печатали! А этикетки... Может, какие-то этикетки кавказские товарищи и заказали – с видами аксакалов. Экзотика... А имам там какой или Санта-Клаус – это на вкус заказчика. И люди по-своему правы. В 1992-м Дудаев был всенародно избранным президентом Чечни, Россия не вела военных действий с мятежной республикой, так что выпуск печатных «сувениров» – дело вполне законное.
Тайна автографа Джохара
Понятно, что использовать «независимые марки» по прямому назначению было невозможно. Клеить их на конверты – всё равно что лепить обёртки от жвачки с изображением Микки-Мауса. Помнится, в детстве у меня была книжка Юрия Коваля «Марка страны Ганделупы». Там один нехороший мальчик обманул доверчивого приятеля, обменяв у того дорогие марки на... этикетку от индийского чая, по краям которой вырезал зубчики. Вот и с чеченскими марками – примерно тот же случай.Другое дело – удовлетворение амбиций людей. Представьте, как льстило самолюбию генерала Джохара лицезрение своего портрета на почти что настоящих марках!
Вернёмся, однако, к рассказу Туманова.
– Решили мы с Валентином заодно получить автограф Дудаева – для прикола. И говорим чеченцам: мол, оригинал портрета государственного деятеля должен быть им заверен. Пускай Джохар с обратной стороны поставит свою подпись: типа всё в норме, гляжусь в себя, как в зеркало. Чеченцы покивали и увезли портрет Дудаеву. Черкнул там президент чего или нет – не ведаю. Может, у Валентина и лежит автограф где-нибудь в Италии. Последний раз ребята от него привет передавали из-за бугра. Взял здесь крупный кредит и слинял на солнечное Средиземноморье. Звал: приезжайте, здесь лохов – немерено! Что с этими марками дальше было, сказать не могу. Может, рулон сгнил или сгорел во время первой чеченской. Знаю только, что Валентин за них срубил хорошие бабки, а мне достались крохи. Ну и несколько серий для себя на память заныкал. Бесценный документ эпохи.
Кстати: пару серий Юра и мне подогнал.
А вы говорите – Британия… Да королева Виктория супротив президента Джохара – что плотник супротив столяра!