Прощай, Пашка Колокольников…
28
Был 1992 год. Москва, жара, июль. Я влез в троллейбус, который был на удивление пуст, хотя время было рабочее. В кресле около задней двери сидел помятый мужичок и беззвучно плакал. В приливе человеколюбия я подошел к нему и спросил:
– Мужчина, вам плохо?
– Да, мне плохо, – ответил он. – Мишка Таль умер…
Я не знаю, был ли Михаил Таль близким другом того мужчины, но теперь, после многих лет жизни, мне кажется, что необязательно лично знать и дружить с известным человеком, чтобы так переживать его уход.
Михаил Таль, великий шахматист, ушел на 56-м году жизни, по нашим нынешним меркам, нестарым человеком. Хотя тогда мне, тридцатилетнему, Михаил Таль казался вполне пожилым. Сегодня же, когда я уже на шесть лет старше Таля, пятьдесят пять лет кажутся мне юностью. Ну, если не совсем юностью, то хотя бы второй молодостью, за которой может следовать третья.
Мужик в троллейбусе продолжал тихо плакать, я отошел от него, чтобы ему не мешать. Я не большой любитель шахмат, и потому уход Таля для меня не был таким ударом, как для того пассажира. У каждого ведь свои кумиры. И я вспомнил 8 декабря 80-го года, когда в газете «Известия» в маленькой рамочке была заметка строк на семь: «Убили Дж. Леннона». Я тоже тогда сидел и тихо плакал.
На днях покинул наш мир Леонид Куравлев. На этот раз, говорят, обошлось без ковида, у Куравлева давно были проблемы со здоровьем, и болезнь победила его. Так вот, когда я услышал, что Куравлев умер, ком подкатил к горлу, и я почувствовал предательскую влажность в глазах. Еще чуть-чуть, и я, наверное, разрыдался бы. Но я сдержался, я ведь сильный, могутный мужик.
У меня такое чувство, что Леонида Куравлева я знаю всю свою жизнь. Кстати, роль Афанасия Борщева, которая считается для Куравлева звездной, не была моей любимой, так как все-таки образ запойного алкаша в исполнении Куравлева мне казался недостаточно достоверным. Ну, не алкаш Куравлев по своему облику и подобию. Хотя, может, я и ошибаюсь.
Для меня самая значимая роль Куравлева – это Пашка Колокольников из фильма «Живет такой парень». Картину поставил Шукшин, которого я очень люблю и как режиссера, и как актера, и, самое главное, как писателя. Молодой Куравлев в том фильме сыграл настолько органично и убедительно, что за ту роль ему надо было сразу давать звание народного артиста. Он там действительно народный персонаж, такой сказочный Иванушка, но, не дурак, а просто добрый и очень земной, и справедливый.
Кстати, и на роль Пашки Колокольникова, как и на роль Афони, пробовался сам Владимир Высоцкий, но хорошо, что его не утвердили. Суперхаризматичный Высоцкий, думаю, был бы в этих образах не на своем месте. А Пашка Колокольников, так же, как и Афоня, – это добрый и мягкий человек, может быть, даже один и тот же персонаж, в первом случае еще совсем молодой и полный оптимизма, а во втором – побитый жизнью и катящийся по наклонному пути, бог знает куда.
У меня к фильму «Афоня» есть свои претензии, которые, наверное, я не буду высказывать. Многие моменты мне там нравятся, особенно эпизоды с Евгением Леоновым, но кое с чем я не согласен. В общем, при всей моей любви к фильмам Георгия Данелия «Афоня» не самый мой любимый фильм. Я его недавно пересмотрел, и кое-что для меня было неубедительным. Но это опять-таки мои проблемы.
Леонид Куравлев сыграл в 211 фильмах. Вдумайтесь в эту цифру – 211 фильмов! Из этих двухсот одиннадцати я, наверное, видел около тридцати. Из них значительные, наверное, десять-двенадцать. Куравлев был, наверное, один из самых востребованных артистов, он входил в первую пятерку. Больше него чуть ли не на сотню фильмов сыграл Армен Джигарханян, потом шли Лев Дуров, Юрий Назаров (что меня очень удивило) и совершенно мне незнакомая Валентина Ананьина. Куравлева всегда снимали – и во времена коммуняк, и в бурные девяностые, и в сытые нулевые. Но некоторые его известные роли, по моему скромному мнению, ему не очень подходили. Попробую вкратце рассказать, что мне нравилось, а что нет.
Куравлев великолепно сыграл Балаганова в фильме Михаила Швейцера «Золотой теленок». Пожалуй, лучше него никто бы не смог так обаятельно изобразить неудачливого жулика Шуру. В целом фильм я тоже не особенно люблю, но Гердт и Куравлев там просто великолепные.
Большим «мискастингом» Куравлева я считаю его роль уголовника Копченого в культовом сериале «Место встречи изменить нельзя». Ну, какой из Куравлева уголовник? Вообще, в том сериале много ляпов как в режиссуре, так и в подборе артистов. Но это отдельная тема для разговора. Единственный, кто там на своем месте, – это Высоцкий. Жеглов представлялся мне именно таким, когда я читал «Эру милосердия» Вайнеров. А ко многим другим актерам у меня есть вопросы. Хотя кому интересны мои вопросы? Ведь скажи я что-то негативное про всенародно любимый фильм, меня ж затопчут. Потому и молчу, только вам говорю по секрету. И надеюсь на вашу милость.
Возвращаюсь к Куравлеву. Когда я читал материалы про «Семнадцать мгновений весны», с удивлением узнал, что Татьяна Лиознова в роли Гитлера видела Леонида Куравлева. У актера даже были довольно успешные фотопробы, и он уже репетировал роль. Я видел эти фотопробы, ну, очень похож был Куравлев на Гитлера, только вот взгляд остался человечий, теплый, добрый и земной. Но в конце концов Куравлев отказался играть фюрера. Он объяснил это тем, что не осилит воплотиться в этого Антихриста. «Моя природа взыграла и была против», – рассказывал он. Потом Лиознова предложила Куравлеву роль одноглазого Айсмана, и он его сыграл. Опять-таки, мне кажется, что немецкая форма эсэсовца не совсем подошла облику Куравлева. Ну, слишком у него была славянская внешность, и форма штурмбанфюрера была совсем не к месту. Но это, повторяю, сугубо мое мнение. Вот Броневой (который тоже сперва пробовался на Гитлера) очень подошел на роль Мюллера. А с Куравлевым, по-моему, промашка вышла.
Не буду говорить про роль мошенника Жоржа Милославского в гайдаевском фильме «Иван Васильевич меняет профессию». Не буду говорить, потому что ничего нового не скажу. Куравлев мне там нравится, сыграл отлично, и там он очень к месту. Такая вроде бы еще одна ипостась Шуры Балаганова, но уже более удачный вариант. Более удачный и более прозорливый.
Очень хорош был Леонид Куравлев в одном из последних фильмов Гайдая «Опасно для жизни». Фильм сам по себе средненький, но Куравлев в нем, как мне казалось, сыграл самого себя, доброго, внимательного и отзывчивого человека. Я не знаю, каким он был в жизни, но не мог человек с такими теплыми и смешливыми глазами быть злодеем. Во всяком случае, мне хочется думать, что Леонид Вячеславович был именно таким «Спартаком Молодцовым», каким его изобразил Леонид Гайдай.
Наверное, если я начну разбирать все знаковые роли Куравлева, то получится «очень много букв», и потому ограничусь еще парой слов. Хорош был Леонид Куравлев в забавном комедийном детективе «Ищите женщину», где он сыграл мягкотелого и насквозь простуженного инспектора Рири Грандена, ну и Хома Брут в его исполнении тоже был самый настоящий Гоголь. Думаю, Николай Васильевич порадовался бы такому воплощению своего персонажа. Хотя, кто его знает, что бы понравилось Николаю Васильевичу? Он же был очень сложным и противоречивым человеком.
Жаль, что такие знаковые и дорогие нам люди уходят. Пусть земля ему, как говорится, будет пухом за то, что он многим из нас доставил удовольствие своим творчеством.
P.S. Самое интересное, что я постепенно становлюсь мастером по написанию творческих некрологов.
Это я пытаюсь грустно пошутить.
Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции
– Мужчина, вам плохо?
– Да, мне плохо, – ответил он. – Мишка Таль умер…
Я не знаю, был ли Михаил Таль близким другом того мужчины, но теперь, после многих лет жизни, мне кажется, что необязательно лично знать и дружить с известным человеком, чтобы так переживать его уход.
Михаил Таль, великий шахматист, ушел на 56-м году жизни, по нашим нынешним меркам, нестарым человеком. Хотя тогда мне, тридцатилетнему, Михаил Таль казался вполне пожилым. Сегодня же, когда я уже на шесть лет старше Таля, пятьдесят пять лет кажутся мне юностью. Ну, если не совсем юностью, то хотя бы второй молодостью, за которой может следовать третья.
Мужик в троллейбусе продолжал тихо плакать, я отошел от него, чтобы ему не мешать. Я не большой любитель шахмат, и потому уход Таля для меня не был таким ударом, как для того пассажира. У каждого ведь свои кумиры. И я вспомнил 8 декабря 80-го года, когда в газете «Известия» в маленькой рамочке была заметка строк на семь: «Убили Дж. Леннона». Я тоже тогда сидел и тихо плакал.
На днях покинул наш мир Леонид Куравлев. На этот раз, говорят, обошлось без ковида, у Куравлева давно были проблемы со здоровьем, и болезнь победила его. Так вот, когда я услышал, что Куравлев умер, ком подкатил к горлу, и я почувствовал предательскую влажность в глазах. Еще чуть-чуть, и я, наверное, разрыдался бы. Но я сдержался, я ведь сильный, могутный мужик.
У меня такое чувство, что Леонида Куравлева я знаю всю свою жизнь. Кстати, роль Афанасия Борщева, которая считается для Куравлева звездной, не была моей любимой, так как все-таки образ запойного алкаша в исполнении Куравлева мне казался недостаточно достоверным. Ну, не алкаш Куравлев по своему облику и подобию. Хотя, может, я и ошибаюсь.
Для меня самая значимая роль Куравлева – это Пашка Колокольников из фильма «Живет такой парень». Картину поставил Шукшин, которого я очень люблю и как режиссера, и как актера, и, самое главное, как писателя. Молодой Куравлев в том фильме сыграл настолько органично и убедительно, что за ту роль ему надо было сразу давать звание народного артиста. Он там действительно народный персонаж, такой сказочный Иванушка, но, не дурак, а просто добрый и очень земной, и справедливый.
Кстати, и на роль Пашки Колокольникова, как и на роль Афони, пробовался сам Владимир Высоцкий, но хорошо, что его не утвердили. Суперхаризматичный Высоцкий, думаю, был бы в этих образах не на своем месте. А Пашка Колокольников, так же, как и Афоня, – это добрый и мягкий человек, может быть, даже один и тот же персонаж, в первом случае еще совсем молодой и полный оптимизма, а во втором – побитый жизнью и катящийся по наклонному пути, бог знает куда.
У меня к фильму «Афоня» есть свои претензии, которые, наверное, я не буду высказывать. Многие моменты мне там нравятся, особенно эпизоды с Евгением Леоновым, но кое с чем я не согласен. В общем, при всей моей любви к фильмам Георгия Данелия «Афоня» не самый мой любимый фильм. Я его недавно пересмотрел, и кое-что для меня было неубедительным. Но это опять-таки мои проблемы.
Леонид Куравлев сыграл в 211 фильмах. Вдумайтесь в эту цифру – 211 фильмов! Из этих двухсот одиннадцати я, наверное, видел около тридцати. Из них значительные, наверное, десять-двенадцать. Куравлев был, наверное, один из самых востребованных артистов, он входил в первую пятерку. Больше него чуть ли не на сотню фильмов сыграл Армен Джигарханян, потом шли Лев Дуров, Юрий Назаров (что меня очень удивило) и совершенно мне незнакомая Валентина Ананьина. Куравлева всегда снимали – и во времена коммуняк, и в бурные девяностые, и в сытые нулевые. Но некоторые его известные роли, по моему скромному мнению, ему не очень подходили. Попробую вкратце рассказать, что мне нравилось, а что нет.
Куравлев великолепно сыграл Балаганова в фильме Михаила Швейцера «Золотой теленок». Пожалуй, лучше него никто бы не смог так обаятельно изобразить неудачливого жулика Шуру. В целом фильм я тоже не особенно люблю, но Гердт и Куравлев там просто великолепные.
Большим «мискастингом» Куравлева я считаю его роль уголовника Копченого в культовом сериале «Место встречи изменить нельзя». Ну, какой из Куравлева уголовник? Вообще, в том сериале много ляпов как в режиссуре, так и в подборе артистов. Но это отдельная тема для разговора. Единственный, кто там на своем месте, – это Высоцкий. Жеглов представлялся мне именно таким, когда я читал «Эру милосердия» Вайнеров. А ко многим другим актерам у меня есть вопросы. Хотя кому интересны мои вопросы? Ведь скажи я что-то негативное про всенародно любимый фильм, меня ж затопчут. Потому и молчу, только вам говорю по секрету. И надеюсь на вашу милость.
Возвращаюсь к Куравлеву. Когда я читал материалы про «Семнадцать мгновений весны», с удивлением узнал, что Татьяна Лиознова в роли Гитлера видела Леонида Куравлева. У актера даже были довольно успешные фотопробы, и он уже репетировал роль. Я видел эти фотопробы, ну, очень похож был Куравлев на Гитлера, только вот взгляд остался человечий, теплый, добрый и земной. Но в конце концов Куравлев отказался играть фюрера. Он объяснил это тем, что не осилит воплотиться в этого Антихриста. «Моя природа взыграла и была против», – рассказывал он. Потом Лиознова предложила Куравлеву роль одноглазого Айсмана, и он его сыграл. Опять-таки, мне кажется, что немецкая форма эсэсовца не совсем подошла облику Куравлева. Ну, слишком у него была славянская внешность, и форма штурмбанфюрера была совсем не к месту. Но это, повторяю, сугубо мое мнение. Вот Броневой (который тоже сперва пробовался на Гитлера) очень подошел на роль Мюллера. А с Куравлевым, по-моему, промашка вышла.
Не буду говорить про роль мошенника Жоржа Милославского в гайдаевском фильме «Иван Васильевич меняет профессию». Не буду говорить, потому что ничего нового не скажу. Куравлев мне там нравится, сыграл отлично, и там он очень к месту. Такая вроде бы еще одна ипостась Шуры Балаганова, но уже более удачный вариант. Более удачный и более прозорливый.
Очень хорош был Леонид Куравлев в одном из последних фильмов Гайдая «Опасно для жизни». Фильм сам по себе средненький, но Куравлев в нем, как мне казалось, сыграл самого себя, доброго, внимательного и отзывчивого человека. Я не знаю, каким он был в жизни, но не мог человек с такими теплыми и смешливыми глазами быть злодеем. Во всяком случае, мне хочется думать, что Леонид Вячеславович был именно таким «Спартаком Молодцовым», каким его изобразил Леонид Гайдай.
Наверное, если я начну разбирать все знаковые роли Куравлева, то получится «очень много букв», и потому ограничусь еще парой слов. Хорош был Леонид Куравлев в забавном комедийном детективе «Ищите женщину», где он сыграл мягкотелого и насквозь простуженного инспектора Рири Грандена, ну и Хома Брут в его исполнении тоже был самый настоящий Гоголь. Думаю, Николай Васильевич порадовался бы такому воплощению своего персонажа. Хотя, кто его знает, что бы понравилось Николаю Васильевичу? Он же был очень сложным и противоречивым человеком.
Жаль, что такие знаковые и дорогие нам люди уходят. Пусть земля ему, как говорится, будет пухом за то, что он многим из нас доставил удовольствие своим творчеством.
P.S. Самое интересное, что я постепенно становлюсь мастером по написанию творческих некрологов.
Это я пытаюсь грустно пошутить.
Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции