Каким был общественный транспорт во Владивостоке в СССР

«Трамвай — три копейки, троллейбус и автобус — пять копеек»: достаточно просто произнести эту фразу вслух, чтобы те, кто «родом из СССР», понял сразу: речь про общественный транспорт. Именно столько стоил проезд во Владивостоке. Мы едем, едем, едем… Нашему городу повезло — у нас во времена СССР было несколько (точнее, два) довольно экзотических вида общественного транспорта. Первый служит горожанам верой и правдой и по сегодняшний день — это фуникулёр. В советское время его вагончики никогда не пустовали, изрядно облегчая горожанам путь (и сокращая время) из центра Владивостока к районам Гоголя и Некрасовской. А уж когда наверху появилось кольцо троллейбуса № 4 (№ 1 ходил от парка культуры и отдыха до «Академической», № 2 — от кольца на улице Адмирала Фокина сначала до Багратиона, а затем до завода «Варяг», № 3 — от кольца на Адмирала Фокина до «Фабрики «Заря», маршрут № 5 появился много позже и ходил от завода «Варяг» на автовокзал, ещё позже появились 6-й, 9-й, 11-й маршруты), то фуникулёр действительно выручал, а уж как на него спешили зрители после вечерних представлений в цирке! Проезд на фуникулёре был дешевле, чем в автобусе или троллейбусе — он стоил три копейки. Как трамвай. Вторым видом необычного транспорта был морской трамвайчик. Так называли небольшие паромы, построенные на Дальзаводе, которые курсировали по бухте Золотой Рог от 36-го причала (там, где был построен вокзал прибрежных сообщений, а теперь стоит бедолага-«недохайятт») до Мальцевской, Чуркинской и Диомидовской переправы. В отсутствие моста через Золотой Рог это был очень, очень востребованный и доступный способ добраться в центр города из микрорайонов Чуркина. В будни по утрам и вечерам трамвайчики были забиты. Нравились они и горожанам как вариант прогулки: сел, доехал с ветерком по морю, любуясь пейзажами, до Диомида, например, и поехал обратно. Час на всё про всё, а сколько удовольствия! Билет на морской трамвайчик до Диомида стоил 20 копеек. Морским же транспортом — но более серьёзным — можно было добраться до острова Русского, острова Попова. Маршруты трамваев Владивостока времён СССР фактически не пересекались с троллейбусными. Так получилось, что троллейбусная сеть покрывала частично Ленинский, гораздо больше Первореченский и Советский районы, а трамвайная — Ленинский, Первореченский, Первомайский (и маленький кусочек Фрунзенского). Трамваи ходили по Светланской, центральной улице города, троллейбусам в этом смысле был отдан Океанский проспект. За всю историю трамваев во Владивостоке было 10 маршрутов. Маршрут трамвая № 1 ходил с Луговой до железнодорожного вокзала, № 2 — с того же вокзала на 3-ю Рабочую; № 3 — Луговая — 3-я Рабочая, № 4 — Сахалинская — железнодорожный вокзал, № 5 — тот же вокзал — Минный городок, № 6 — Сахалинская — Минный городок (единственный сохранившийся), № 7 — вокзал — Баляева, маршруты № 8, 9 и 10 были короткими и просуществовали недолго. Самой развитой в нашем городе была сеть автобусов. Именно на них можно было добраться почти до любого района города — от Океанской и пригорода до Эгершельда и Змеинки. При этом длинных маршрутов, подобных, например, нынешнему 62-му, на котором можно проехать едва ли не полгорода, почти не было. По Эгершельду курсировал автобус № 1, конечная остановка которого была выше прижелезнодорожного почтамта. Если вам надо было в Первореченский район, вы пересаживались на трамвай на железнодорожном вокзале, если надо было в Советский район — либо шли пешком до автобусно-троллейбусного кольца на Адмирала Фокина, либо ехали одну остановку на трамвае. И когда уже в конце 80-х запустили два автобуса-«экспресса»: № 40 от «Варяга» до Луговой через центр и № 41: «Фабрика «Заря» — Луговая через центр, горожане восприняли это с огромным энтузиазмом. По большому же счёту доехать из одного конца Владивостока в другой на одном автобусе или троллейбусе было невозможно. Самым крупным транспортным узлом были улица Адмирала Фокина и Луговая. На Адмирала Фокина перекрещивались пути троллейбусов № 2 и 3, а также десятка-другого автобусов, идущих оттуда на БАМ и Вторую Речку, на «Зарю» и на Толстого. Луговая объединяла маршруты, отправлявшиеся в Первомайский район и трамвайные пути — на Сахалинскую. В целом для жителей города схема транспорта была проста и понятна, а вот у приезжих могла иногда вызвать ступор. Ваш билетик? — Мой билетик?! «Икарус» — альфа и омега общественного транспорта времён СССР. Если в начале 70-х по маршрутам ещё бегали «ПАЗы» и «ЛиАЗы» — тесные, ароматно попахивающие бензином, с узкими дверями и почти без открывающихся окон, то к началу 80-х их полностью сменил венгерский импорт. Оранжевые, как апельсинки, удобные и комфортные, они стали основой городской транспортной сети. А уж когда появились двойные автобусы, так называемые «гармошки», их ставили на самые популярные маршруты — 23-й, 17-й, 31-й… Кондукторов в советские времена во внутригородском транспорте не было — стояли кассы с выкручивающимися билетиками (бросаешь в щель пять копеек, крутишь ручку, отрываешь билетик; нет пяти копеек, только десять — проси пассажиров разменять или жди, пока подойдёт кто-то с пятью копейками, возьми у него сдачу, брось свой «дистончик» и выкрути два билета — на себя и на того парня) и компостеры — для появившихся в начале 80-х талонов. Талоны продавались у водителя и в киосках на остановках. Их надо было пробивать компостером, чтобы оплатить поездку. Кондукторы работали на пригородных маршрутах и у них на шее всегда висело множество разноцветных катушек с билетами — зелёные по одной цене, чёрные по другой, фиолетовые по третьей. Цена проезда в пригороде зависела от километража и потому вы могли получить целую кучку билетиков. Эти катушки у кондукторов были предметом дикой детской зависти в советское время. Многие лет в шесть-восемь мечтали быть кондукторами и отрывать разноцветные билетики… Кстати, и билеты, и потом талоны в городском транспорте тоже различались по цвету — красные в автобусе, синие в троллейбусе, зелёные в трамвае. Существовала и система проездных, когда можно было купить билет на автобус или трамвай на месяц (на проездном продавцы штамповали дату) и ездить, не думая о мелочи на оплату. В целом оплата проезда в автобусе или троллейбусе была на совести пассажира. Контролёры могли зайти на любой остановке и проверить билет, могли проверять на конечной, но в целом всё же это было делом совести каждого. Впрочем, и другие пассажиры вполне могли проявить бдительность и поинтересоваться, почему это человек вошёл, а билет не берёт (помните сцену в комедии «Джентльмены удачи», где герой Евгения Леонова решил, что профессор в автобусе косится на него потому, что он не оплатил билет, и произносит: «Проездной!» и показывает его?). Были ли любители проехать бесплатно? Конечно! Зайцы существовали всегда и при любом строе. Но, как говорил персонаж Евгения Евстигнеева в фильме «Старый новый год»: «В один момент станешь перед ним: «Гражданин! А ваш билетик? И все…». Общественный транспорт почти всегда ходил по расписанию. Особенно маршруты, на которых работали один-два автобуса (во Владивостоке, например, таким был маршрут № 20 или № 18). Да и пробок в городе не было. И не устраивали водители меж собой гонки и не стояли на остановках по 15 минут. Ехали ритмично, с соблюдением графика, а за этим, кстати, следили диспетчеры на конечных остановках. Периодически случались заторы — например, порвались на маршруте провода и пока не закончит работу ремонтная бригада, троллейбусы стоят. Водители не включали никакое радио, тишина (разве что разговоры пассажиров да шум дороги) — спутник поездки. А вот курили водители в своих кабинках часто, но в «Икарусах» они были отгорожены от салона, так что дым почти не мешал. И конечно — никаких разговоров по мобильному, просто за неимением таковых в то время. Во времена СССР личный транспорт был скорее исключением, чем правилом, поэтому общественный всегда был востребован. И ещё как! Давка в салонах в часы «пик» — привычное дело. Слова «ехали, как селёдки в бочке» — нормальное описание поездки. Снова вспомним кинематограф — помните, как добирались на работу товарищ Новосельцев и Ольга Рыжова в «Служебном романе»: стоя прижавшись к соседу, в тесноте… Порванные плащи, ручки у сумок, оттоптанные ноги — обыденное дело для поездки в общественном транспорте в то время. И не изредка, а почти всегда. Случались ли ссоры, скандалы? Конечно! Уровень дискомфорта в таких поездках зашкаливал, о модном сегодня понятии «личное пространство» и речи не было. Но в целом люди вели себя воспитанно. И правда, уступали место пожилым, беременным, людям с детьми. Часто сердобольные бабушки предлагали «давай я ребёнка на ручки возьму, пока едем, а то ж давка» — и мамы-папы соглашались. Так и ехал малыш на ручках у неизвестной тети… Да, попадались в транспорте и разного рода извращенцы, любители потереться о женские формы в тесноте, и карманники, резавшие сумки, и много еще чего было. Но в то же время в автобусах и троллейбусах завязывались романы, велись долгие беседы. Как везде и как всегда — как в жизни, так и в транспорте.