Добавить новость

Город, которого нет. Как холстами для картин стали улицы Таганрога

АиФ
321
Город, которого нет. Как холстами для картин стали улицы Таганрога

Работы Юрия Фесенко показывают родину Чехова с неожиданной стороны: появляются образы и герои, которые тут же исчезают, потому что выполнены из песка, выложены из камней или нарисованы водой на асфальте.

«Таганрог с его прошлым и настоящим знаком мне с детских лет, – говорит Юрий. – Тем не менее, периодически приезжая, я понимал, что в очередной раз передо мной находился совершенно другой город и знакомиться с ним нужно заново. Вероятно, в разное время образы из бессознательной памяти влияли на моё восприятие одних и тех же городских мотивов, тем самым меняя в этот момент представление о них».

Так возник «живой альбом» – холстами его стали улицы и парки Таганрога, а красками и карандашами – подручные природные материалы. Все они неустойчивы и недолговечны, поэтому рисунки на тротуарах города эфемерны, они исчезают почти сразу после создания. Но художник успел сделать фото – вышло около трёх с половиной тысяч снимков. Во время пандемии он смог их систематизировать, и в таганрогском музее градостроительства до конца августа можно увидеть арт-проект Юрия Фесенко «Личный город».

Корреспондент «АиФ-Ростов» побывала на выставке и задала художнику несколько вопросов.

В дневном пустынном Таганроге

Светлана Ломакина, «АиФ-Ростов»: Юрий Иванович, ваши работы рождались спонтанно и в самых неожиданных местах. Ну, вот это изображение нарисовано водой на асфальте на рынке. Как продавцы реагировали на ваши действия? Вы им объясняли, что это, зачем?

Юрий Фесенко: Обычно никак не реагировали, деликатно обходили, не говоря ничего. Для них это было непонятное действие. Со стороны казалось, что я что-то опрыскиваю, что происходит какая-то санобработка – это же рисунок из «прыскалки». Но когда делал эту работу (показывает изображение на асфальте у музея Дурова), в музее подумали, что я какие-то яды разбрызгиваю, собирались вызвать наряд, я ретировался. Но это единственный случай. Таганрог всё-таки пустынный город днём.

– Многие работы у моря или на песке очень сложные, вы приложили немало труда. Не жалко, что всё осыпается, высыхает, исчезает?

– Ну, это же всё эфемерно. И происходило не как выставочный проект, изначально не было такой задумки: это форма общения с самим собой, размышление об увиденном. Но поскольку нет возможности носить с собой какие-то заготовки, альбомы, я брал то, что было под рукой. А приезжал я сюда по делам часто: мама была в возрасте, надо помогать. Между делом рождались идеи: идёшь куда-то, и взгляд выхватывает некий фрагмент. Первое время я рисовал на песке, на снегу ногой, дорисовал до того, что случился вывих сустава. Когда пришло лето, рисовал водой, чтобы не повредить здания. Это деликатная форма изображения, личный контакт с местом и перекладывание того, что у меня внутри накопилось.

Два квартала между прошлым и будущим

– Какие маршруты вы выбирали в Таганроге?

– В основном, в старой части города, потому что новый – безликий, в любом другом городе есть такие же супермаркеты и постройки. Ещё мне интересна старая часть потому, что я там вырос, на улице Александровской. И для меня переломным маршрутом стала дорога от дома до Дворца пионеров, сейчас в этом здании находится художественный музей. Я был дворовым мальчишкой с другой системой ценностей: футбол, волейбол, но украдкой для себя рисовал, и родители меня сподвигли на то, чтобы я пошёл в художественную школу. Вот эти два квартала от дома до художественной школы стали для меня дорогой пытки, борьбой с собой. И сейчас, спустя почти 60 лет, я понимаю, что это был знаковый период в моей жизни. И подобных историй с Таганрогом связано много.

– В 1982 году вы переехали в Москву. А что стало предтечей?

– После института я пять лет преподавал в художественном училище имени Грекова. Мы сдружились с московским художником Леонидом Стукановым и на протяжении пяти лет выезжали в Подмосковье, организовали там летнюю дачную студию, работали с русскими пейзажами. Хоть я и авангардист по своей натуре, но мой друг, страстный любитель русского пейзажа, привил мне любовь к средней полосе, к этим лунам, просторам, далям. Мы работали достаточно плотно пять лет, и в какой-то мере под Звенигородом – там, где мы работали, возникла моя вторая родина. Я бросил всё, что было накоплено, закрыл мастерскую, уволился и порядка семи лет вёл свободный образ жизни, уединённый, с природой.

– Но это же были переломные годы в жизни страны. На что художник выживал в то время?

– Я сделал ряд работ ещё до отъезда, были накопления, стипендия жены, она училась в Строгановке, помогали близкие, понимая мою подвижническую натуру. Но я возвращался в Таганрог, здесь у меня мастерская – это мой первый город, фундамент.

– Я слышала, что вы отсмотрели 3500 своих фотоснимков, когда готовили проект. Это какое-то невероятное коли­чество...

– Да, потребовалось время для того, чтобы отфильтровать, создать систему. И пандемия в этом случае помогла тем, что я полгода в общей сложности мог быть предоставлен самому себе. До локдауна не получалось: официальная работа не давала возможности, я руководитель проектного отдела, архитектор и дизайнер.

Про царя и Фёдора Кузьмича

– Вас называют таганрогско-московским художником. На мой вкус, это звучит странно. Нет?

– Мы люди, живущие вне городов. Я вспоминаю жизнь под Звенигородом, у меня был знакомый математик, который водил американских учёных по Москве, в 80-е годы это происходило. И он по своей наивности одного из профессоров спросил, а почему вы живёте в Вашингтоне, а не в Нью-Йорке, ведь Вашингтон намного меньше. И профессор ответил: я живу в Соединённых Штатах Америки, а работаю там, где мне удобнее; в этот момент в Вашингтоне есть нужная для меня библиотека. Так вот, у меня была необходимость работать в Таганроге, я не знаю, где я буду трудиться потом и к какому месту смогу также прикипеть. Я работал 18 лет в Крыму, но не прирос сердцем к этому полуострову, хотя люблю крымские пейзажи и у меня там масса друзей. Душой я остаюсь в Таганроге. Здесь хорошее сочетание ненавязчивой архитектуры, которая ещё не превращена в туристические объекты. И здесь часто получаешь эффект букинистической лавки, когда находите какую-то ценную книгу и случается открытие. В Таганроге какой-то полуразрушенный дом вдруг создаёт для вас целый набор ощущений, воспоминаний и ассоциаций.

– Одна из самых интересных работ – про Фёдора Кузьмича, в которого якобы превратился Александр I. Поясню читателям: на асфальте у памятника Александру I был нарисован водой старец. Вы верите, что царь мог выжить и уйти скитаться?

– Это мифологическая конспирология, но вся наша история пронизана мифологией. По легенде, Александр I не умер в Таганроге, а ушёл по своим духовным делам в другое пространство, другой социум и занялся другими вопросами, нежели обустройство государства, стал известен как старец Фёдор Кузьмич. Он был очень образованным человеком, много проповедовал и скитался. Я представил, что Фёдор Кузьмич дошёл до Таганрога и пришёл посмотреть на свой памятник. Эта игра с легендой тоже появилась спонтанно: когда я шёл мимо, родился конфликт между официальным памятником и неофициальным дряхлым стариком, который совершенно не похож на того героя-императора, которого мы рисуем в своём воображении.

– Если бы вас попросили изо­бразить Таганрог, чтобы это было?

– Это, по-моему, невозможно. Есть художники, которые плакатно отображают действительность, а есть те, которые работают с повествовательной частью. Я отношу себя, скорее, ко второй категории. Мне важен процесс познания, рассказ о том или ином месте. Поэтому я и назвал это «Личным городом», потому что изображения, которые возникли, носят повествовательный характер и по своему количественному объёму ближе к общности тем и сюжетов, которые в этот город в разное время вкладывали творцы.

Новости Ростовской области


Основатель ДНКОМ Исаев допустил попадание мю-штамма коронавируса в Россию



Полезные советы от партнёров Russia24.pro


Все новости Ростовской области на сегодня



Другие новости Ростовской области



Другие регионы России

Частные объявления



Все города России от А до Я

Популярное сегодня в новостях

Новый звук от компании Edifier: три модели наушников от легендарного бренда

Accenture: расходы на облака в России будут расти на 5,3% ежегодно до 2024 года

Демограф Устин Чащихин объяснил, почему Путин и Единая Россия не решили демографическую проблему в России

Цилечка, дорогая, я сегодня всю ночь плохо спал!...



Ирина Будеева

«Запад-2021»: В России и Белоруссии одновременно стартовали стратегические учения вооружённых сил



Авто новости в Ростовской области (Auto.Russia24.pro) — тематический проект портала Россия24.pro - всё из мира автомобилей и дорожной информации в онлайн-формате 24/7.

Auto.Russia24.pro — интернет-агрегатор автомобильных новостей с авторским контентом и гео-мониторингом медиапространства более 20 000 источников ежеминутно, в деталях, без купюр.

Russia24.pro — федеральная интернет-платформа медийных ресурсов регионов России на основе технологичной новостной информационно-поисковой системы с элементами искусственного интеллекта, гео-отбора и возможностью мгновенной публикации авторского контента в режиме Free Public.

Россия24.про — все Ваши новости сегодня и сейчас в Ростовской области онлайн.

Опубликовать свою новость по теме "Авто" в любом городе и регионе России можно мгновенно — здесь.


Новости Ростовской области Авто в Ростовской области Спорт в Ростовской области Здоровье в Ростовской области Экология в Ростовской области Коронавирус в Ростовской области

Персональные новости в Ростовской области от Russia24.pro

Путин в Ростовской области Навальный в Ростовской области
Ростов-на-Дону на Russian.city

Губернатор Ростовской области Василий Голубев

Все авто новости сегодня